Совместно с издательством "Айсберг" начинаем публикацию новой книги Виктора Семенова. Роман "Банка" - новый для автора опыт в необычном для него жанре фантастики, или даже антиутопии. Каждые два-три дня Вас ждет продолжение романа на нашем сайте.

Оглавление

  1. Дебют
    1. Прибытие поезда
    2. Унесенные ветром
      1. 1-2-1
      2. 1-2-2
    3. За пригоршню долларов
    4. Титаник
    5. Гений
    6. Криминальное чтиво
    7. Детектив Нэш
  2. Миттельшпиль
  3. Эндшпиль

Банка

Дверь приоткрылась на треть, и в проем проникла кудрявая голова мальчишки лет десяти-одиннадцати. Он пару секунд вглядывался в сонное лицо Дорина, а затем спросил, по-прежнему оставаясь в комнате лишь частично:

— Ты кто?

— Аменхотеп второй. Вице-фараон московский и всея Руси, — проворчал Дорин, не до конца проснувшись.

— Кто-кто? — переспросил мальчик.

— Дорин. Андрей Евгеньевич. Твой новый сосед.

— Кушать хочешь? — ничуть не удивившись, спросил мальчик, и Андрей понял, что за весь день так ничего и не съел. — Я пельмени себе буду варить. Будешь?

— Буду, — ответил Дорин, — спасибо.

— Позову, когда сварятся. — Мальчик исчез за дверью.

Как все просто здесь, как просто... Ты кто? Фараон. ОК. Иди есть пельмени. ОК. Дорин опасливо посмотрел на книгу, лежащую на тумбочке. Вроде убирал внутрь? Или нет? Что ты там напевала перед сном? По образу и подобию? Дорин встал с кровати и, подойдя к тумбочке, посмотрел на книгу и произнес, закипая:

— По образу и подобию? То есть ты считаешь, что я, Андрей Евгеньевич Дорин, образ и подобие Бога?

Андрей никогда не чурался самоиронии, ни в годы студенчества, ни позже, став вице-мэром, и это во многом помогало ему не сойти с ума от собственного «величия», да и просто иногда вытаскивало из передряг. Он продолжал орать на Библию:

— Бог — взяточник и коррупционер? Серьезно? Ведь если я — образ и подобие Бога, то выходит, что Он преступник! Так?

Ответом ему была тишина.

— Я в тридцать шесть лет потерял все, что заработал за предыдущие семнадцать! Конфисковали все, что было на мне. А что не на мне — жена конфисковала! Если не сказать хуже! Подобие Бога? А? — Он чуть снизил громкость, как будто вспомнив что-то. — Было! Было, твою мать! Был подобием бога... Когда с Вестой заходили в «Черетто», а потом, поужинав, ехали в отель «Националь». В люксовый номер...

Он в сердцах пнул тумбочку. Книга чуть-чуть подскочила, но не упала, а вернулась обратно, на место. В комнату заглянула знакомая голова:

— Тебе с бульоном?

Дорин молча посмотрел на мальчика, не сразу вникнув в суть вопроса.

— Ну, с водичкой? Или пельмешки просто?

Андрей наконец понял.

— Давай с бульоном.

— Ага. Пошли на кухню, все готово.

Кухня тоже оказалась маленькой, очень маленькой: справа — газовая плита, шкаф и раковина, а слева — кухонный стол и пара стульев. На столе едоков ожидали две тарелки с пельмешками, сметана, перец и соль. Мальчик заботливо разложил рядом с тарелкой гостя вилку, нож и ложку. Дорин, увидев еду, а главное, почувствовав ее аромат, понял, насколько он голоден. Молча уселся за стол и принялся пожирать угощение, забыв об этикете, а мальчик, глядя на него, тоже не стал особо жеманничать, а сел напротив и начал глотать пельмени, чуть помедленнее Андрея. Дорин, быстро утолив первый голод, посмотрел на жующее лицо напротив и спросил то, что обычно спрашивают чуть раньше совместной трапезы:

— Тебя как зовут-то?

— Митя, — ответил мальчик, — Ветров.

— А где твои родители, Митя Ветров? — Дорин закинул еще одну пельмешку в рот.

— Я с мамой живу. Она еще на работе.

Андрей посмотрел на свои простенькие часики, которые ему любезно разрешили оставить работники ФСИН, и удивленно вскинул брови: дело шло к половине десятого вечера.

— Допоздна работает твоя мама...

— На двух работах. В офисе до шести. В центре. А потом, три раза в неделю, до девяти вечера учит деток...

— Чему?

— Танцы там... Спорт... Здесь у нас недалеко от дома... Скоро придет.

— А ты чего так поздно явился? Тоже подрабатываешь? — Дорин улыбнулся, а Митя пояснил совершенно серьезно:

— Не. Мне пока нельзя... Мама не разрешает... В кружок хожу. Шахматный...

— Получается? — заинтересовался Дорин.

— Очень! — улыбнулся мальчик. — Ты играешь? Давай после ужина?

— Можно попробовать... — ответил Андрей, приступая к бульону.

— А ты откуда здесь взялся? — спросил Митя и отнес пустую тарелку в раковину. — Комнату дали?

— Типа того... — уклонился от ответа Дорин, громко хлюпая бульоном. — Ох, спасибо, друг! Ну, накормил!

Он встал и тоже отнес тарелку в раковину.

— Пожалуйста! Чай будешь?

— Не...

Тут снова хлопнула входная дверь.

— Мама! — обрадовался Митя и побежал в коридор. И через минуту появился на кухне, ведя ее за руку — знакомиться. — Это моя мама! Мам, а это наш новый сосед Андрей Евгеньевич.

— Можно просто Андрей, — улыбнулся Дорин и, встав со стула, протянул женщине руку. Она удивленно посмотрела на его ладонь, но пожала ее и проговорила тихо и устало:

— Здравствуйте. Я Ольга. Накормил вас Митяй, я гляжу...

— Да. Спасибо.

На вид ей было лет тридцать. Крашеная блондинка, судя по корням волос. Ольга внимательно осмотрела Дорина красивыми голубыми глазами, а потом села на стул, на котором минуту назад восседал ее сын, и, улыбнувшись, сказала:

— Мить, может, и мне чаек сделаешь?

— Конечно, мам! — ответил мальчик и включил старенький электрический чайник. — И можно мы потом с дядей Андреем партию сыграем?

— А он не против?

— Нет, не против, — Дорин, улыбнувшись, посмотрел на Митю.

— Тебе не надоело? — спросила Ольга у сына.

— Нет, мам, — ответил мальчик и, налив чай, ускользнул в комнату.

Воспользовавшись тем, что Митя выбежал с кухни, Ольга залезла в холодильник, вытащила оттуда початую бутылку мартини, быстренько налила себе стаканчик, разбавила напиток апельсиновым соком. Немного замешкавшись, спросила Андрея:

— Будете?

— А водка есть? — спросил он, и Ольга вынула из холодильника другую бутылку, тоже открытую. Достала рюмочку и налила ему до краев.

— За знакомство? — спросила она, и Андрей, кивнув, залпом влил в себя напиток, над которым не властно ни время, ни расстояние. И тут же резкая, очень сильная боль зародилась где-то в правой голени и волнами стала распространяться по телу.

«Забыл, забыл про пастора...» — забилась мысль, добавив к пристойным словам длинную матерную сентенцию. Ольга, увидев его лицо, испугалась.

— Что, паленая водка-то? — Она повертела в руках бутылку.

— Нет... — с усилием произнес Дорин. — Нельзя мне просто. Лекарство пью. Забыл...

— Это серьезно! — возмутилась она и спрятала бутылку обратно.

Боль постепенно стихала. Дорин допил чай, а Ольга, отхлебнув мартини, сказала немного смущенно:

— А вы интересный человек, Андрей. Располагаете к себе... Так-то мы с Митяем — буки... У него в школе друзей — почти нет. А я на работе тоже как-то не общаюсь... А вы сразу в оборот берете, даже странно...

— Да ладно вам... — улыбнулся Дорин. — Не наговаривайте на себя...

— Да не, мы правда как рачки-отшельники такие...

— А где папа Дмитрия?

— Ветров-старший? В Новом Уренгое где-то... Газ добывает...

— Хорошее дело.

— А то. А раньше в Нарьян-Маре добывал, а я жила там. В Нарьян-Маре. Приехал. Познакомились. Митьку вон соорудили. Потом он нас в Питер перевез. Он отсюда сам. А потом пропал. По-тихому так... Нашел себе какую-то Римму Геленцбоген и свинтил к ней. И вообще в Уренгой уехал...

— Грустная история, — ответил Андрей.

— Да не, почему? Нормальная. Митька вон появился. Хороший парень очень.

— Ну, если с этой стороны, то да...

На этих словах Митя как раз возник на кухне.

— Пойдем? — спросил он Дорина. — Я уже расставил. У тебя в комнате.

— Пойдем... — согласился Андрей и, встав из-за стола, улыбнулся Ольге и направился в свою комнату. Та понимающе улыбнулась в ответ.