Совместно с издательством "Айсберг" начинаем публикацию новой книги Виктора Семенова. Роман "Банка" - новый для автора опыт в необычном для него жанре фантастики, или даже антиутопии. Каждые два-три дня Вас ждет продолжение романа на нашем сайте.

Оглавление

  1. Дебют
    1. Прибытие поезда
    2. Унесенные ветром
    3. За пригоршню долларов
    4. Титаник
    5. Гений
      1. 1-5-1
      2. 1-5-2
      3. 1-5-3
      4. 1-5-4
    6. Криминальное чтиво
    7. Детектив Нэш
  2. Миттельшпиль
  3. Эндшпиль

Банка

А утром он, проснувшись раньше Мити, быстренько глотнул кофе, оделся и побежал на почту, разбудив мальчика перед выходом. Тот должен был к десяти поехать в офис, где работала его мама. Мог и проспать, и Андрей решил не рисковать.

В помещении почтового отделения расстановка сил была ровно такая же, как и обычно в это время первой половины дня. Нина и Зина сидели за утренним чаем, на импровизированном столике — две чашки с ароматным напитком, сушки и конфеты.

— Приятного аппетита... — поздоровался с ними Дорин, они в ответ синхронно качнули головами. Сунулся к шкафу и опять не обнаружил писем на сегодня. Тогда он налил себе растворимого кофе и сел за свободный компьютер за письменным столом в дальнем углу.

Зина, дожевав печенье, продолжила что-то рассказывать подруге. Дорин, воспользовавшись моментом, влез в Сеть и начал рыскать по сайту администрации города в поисках информации. Искусственный надсмотрщик и банка не отменили весь его предыдущий опыт и навыки. Андрей хорошо знал нормативно-правовую базу, особенно касающуюся имущественных взаимодействий частного сектора и органов государственной власти, а также был прекрасно осведомлен, где и что лежит в электронных базах и как быстро найти документ.

— Ну вот, представь себе: получается, что не имею права... Прикинь? — возмущалась Зина.

Дорин навострил ушки, предчувствуя что-то интересненькое, а та продолжила, сделав глоток чая:

— Три года назад в очередь встали на землю. Заявление в МФЦ — то, се... А Палыч отказы мне шлет. Не имею, мол, права по закону...

— А почему? Детей-то трое...

— Да, трое. Но есть там одна хитрость у них: на момент подачи заявления младшему ребенку должно быть не более двух календарных лет.

— А у тебя? — Нина смотрела на подругу, не очень понимая, в чем дело.

— Два года и три дня! — буркнула Зина.

— Вот черт... — выругалась Нина, а Дорин, найдя все, что ему требовалось, незаметно отошел к своему рабочему месту у шкафа и в ожидании Натальи Олеговны спокойно наслаждался кофе. Та пришла только минут через тридцать и хмуро проследовала в свой кабинет, не одарив никого из подчиненных даже лучиком света из красивых темно-карих глаз. Дорин встал, думая пойти за ней, но потом остановился и решил не соваться, пока начальница в таком настроении. Он допил кофе, вполуха слушая щебет коллег, а через десять минут Наталья Олеговна сама вызвала Дорина к себе. Андрей втиснулся в крошечный кабинетик и сел напротив начальницы, напряженно поглядывая на нее. Внутри пахло кофе, и, похоже, только что выпитый Натальей напиток все-таки немного улучшил ее настроение.

— Дорин, — сказала она, внимательно посмотрев на него.

— Ау?

— Ты как, не скис от интенсивного труда?

— Нет, Наталья Олеговна, — улыбнулся он, — тружусь, как негра на плантации...

— Вижу, вижу... Вот тебе еще парочка полей сахарного тростника... — Она протянула Андрею корешки уведомлений. — Доставишь — а потом давай, наверное, садись к Иришке в окно. Учиться. Она в декрет скоро уходит, будешь вместо нее.

Дорин в недоумении уставился на нее. Наталья Олеговна продолжила:

— Мало писем сейчас, сам видишь. Все больше и больше людей пользуются благами технического прогресса. Даже вон до дальних деревень доползают.

Андрей молча взял уведомления и направился было к двери, но был остановлен низким голосом начальницы:

— Дорин!

— А?

— А ты проставляться будешь? Сегодня пятница — самое время...

— Наталья Олеговна... Можно с первого аванса, а?

— Аванс будет только на следующей неделе... Ну ладно, — сжалилась она, — иди тогда.

И Дорин исчез за дверью, плотно прикрыв ее с другой стороны. А к двум часам дня, успешно посетив два навязанных ему адреса, он подошел к дому Ромы Костенича, который располагался близко к последнему из маршрутов. Со стороны двора, как Рома и просил. И почти сразу увидел парня с огромным псом, на дилетантский взгляд Дорина — со среднеазиатской овчаркой. Пес, увидев незнакомца, рванулся к нему с грозным рыком, а Костенич так же резко кинулся к ближайшему дереву, снял с запястья поводок и обмотал его вокруг ствола. Среднеазиатский монстр, пробежав метров пять, остановился как вкопанный, приторможенный русской березкой. Рома виновато пожал плечами:

— Извините, он у нас не очень-то воспитанный. Весит больше меня — не удержать!

— Папа завел? И воспитывал?

— Да. Как догадались?

— Я папу твоего видел тогда, у ребят в офисе. По-моему, у него внутри то, что у этой милашки снаружи...

— Может быть, может быть... — уклончиво ответил Рома. — Так что вы задумали?

— Ничего особенного... — спокойно ответил Дорин, не обращая внимания на огромного пса, который рвался к нему в гневе. — Тебе ведь, как я понял, тоже не очень-то нужны здесь эти стеклянные монстры?

— Я смотрел на план строительства. Они не только старые бараки хотят снести. Еще и детский сад. Я туда ходил...

— Так они за это знаешь сколько квадратных метров площадей городу передадут? О-го-го!

Рома усмехнулся:

— Видите ли... Не все можно передать, не все... Вот грибок, под которым мы с Ленкой от дождя прятались, например, нельзя... Эх... Короче, чего делаем?

Дорин, немного помедлив, начал объяснять. Костенич выглядел старше своих лет, и Андрею не верилось, что он — одноклассник Мити. Поставь их рядом — разница как будто года четыре... А одногодки!

— Рома, смотри. Градостроительный план они уже получили. Он лежит на сайте администрации, вот тебе ссылка, — Дорин протянул ему желтый стикер с записанным на нем интернет-адресом.

— Старомодно, — ухмыльнулся парень.

— По-другому пока не могу. Разрешения на строительство и ордера на установку ограждения пока вроде нет. Но заявления уже могли подать. Их на сайте не размещают. Тебе придется влезть в базу данных МФЦ и по названию организации их вычислить.

— А название?

— На стикере ниже читай...

— Ага...

— План такой: сначала ищешь заявки. Если нашел — тогда делай так, чтобы к Палычу на подпись пошли отказы. Будь готов, скорее всего, эти заявления уже отработаны кем-то из твоих коллег, придется еще и с этим повозиться...

— Это-то ладно... — Парень погладил пса, который наконец сдался и спокойно улегся у дерева. — Ну, получат они отказ по какой-нибудь причине, пойдут в суд и быстренько все прокрутят...

— Так, да не так, — улыбнулся Андрей. — Видишь ли, наш законодатель, экспериментируя, пошел немного дальше, чем ты думаешь. Параллельно с ИИ в исполнительной власти он задумал такой же эксперимент и в судебной системе. И на данный момент есть один счастливый субъект нашей замечательной федерации, где правосудием занимается такой же вот Палыч... Угадаешь где?

— Не...

— Еврейская автономная область.

— Ну так это далеко...

— Да. Но все решения вашего Палыча могут быть обжалованы исключительно Палычу из Биробиджана. Прикинь? То есть там суд завален своими делами — и все эти еще туда шлют. Логика такая: если решил искусственный интеллект, то негоже его обжаловать, обращаясь к интеллекту человеческому.

— Логика понятна...

— Отлично. Ну, а если будут обжаловать, придется и на ихнего Палыча воздействовать...

— Я понял, — улыбнулся Рома, — давайте попробуем! Мне домой пора...

Он протянул Дорину руку, и Андрей пожал его холодные пальцы.

— Вы отойдите подальше, а я Юрсуфа отвяжу...

— Хорошо, — ответил Дорин и медленно пошел в сторону дома.

Он не собирался никуда переезжать, по крайней мере пока. И пока не мог понять еще одну странность: пастор вел себя чрезвычайно тихо. Не вмешивался в его партизанскую деятельность.

«Почему? — думал Дорин. — Почему?»

Ответа не находилось. Он так и шел, не торопясь, к двухэтажному, построенному немецкими военнопленными дому. Зазвучал колокол. Небольшая церквушка недалеко от его дома призывала верующих.

«Почему? И зачем? — снова подумал Дорин. — Что, внутри ее красивых стен ближе до боженьки?»

И, как всегда поначалу, ответа не нашлось. А потом вдруг кто-то шепнул у него в голове:

«Нет. Не ближе. Там, где твое сердце, там и ближе. А если в сердце любовь — то ближе некуда».