Совместно с издательством "Айсберг" начинаем публикацию новой книги Виктора Семенова. Роман "Банка" - новый для автора опыт в необычном для него жанре фантастики, или даже антиутопии. Каждые два-три дня Вас ждет продолжение романа на нашем сайте.

Оглавление

  1. Дебют
    1. Прибытие поезда
    2. Унесенные ветром
    3. За пригоршню долларов
    4. Титаник
    5. Гений
    6. Криминальное чтиво
      1. 1-6-1
      2. 1-6-2
      3. 1-6-3
      4. 1-6-4
      5. 1-6-5
      6. 1-6-6
      7. 1-6-7
    7. Детектив Нэш
  2. Миттельшпиль
  3. Эндшпиль

Банка

Квартира встретила Андрея запахом подгоревшего омлета. Дорин скинул куртку и заглянул на кухню. За столом спиной ко входу сидел Митя и о чем-то в красках рассказывал гостю — парню лет двадцати с длинными светлыми волосами. Парень, заметив Дорина, молча кивнул ему. Митя обернулся и, увидев Андрея, улыбнулся:

— О, привет! Познакомься: мой двоюродный брат Данила.

Данила встал со стула и протянул Дорину ладонь. Андрей отметил крепость рукопожатия парня и его мощное телосложение.

— Ну, рассказывай! — улыбнулся он, присаживаясь к столу третьим. — Брата, наверное, уже погрузил в информацию?

— Немножко... — виновато улыбнулся Митя.

— Нормально, — сказал Андрей, — нам сейчас любая помощь — как глоток воздуха... Ну чего там, не томи...

— Я минут за сорок доехал, — начал рассказ Митя, — это в самом центре. Красивое такое, большое старинное здание. Офисы там. На входе охранник долго меня не пускал. Шипел: «Без пропуска нельзя, малюська. Иди в бюро пропусков, там по документу тебе его выпишут. Какой у тебя документ? — спрашивает. Справка из роддома? Вкладыш от жевачки?» А я смотрю на номера кабинетов, название-то маминой фирмы помню. Там табло у них такое и все написано. Смотрю на него, а охраннику на автомате отвечаю, что, мол, лапы, усы и хвост — вот мои документы...

Данила фыркнул, а Митя продолжил, ковыряя вилкой в тарелке с подгоревшим омлетом:

— Ну, ему это не понравилось. Нахмурился. Вали, говорит, отсюда, шкет — не пропущу. А я воздух нюхаю, пахнет чем-то, и спрашиваю у него, громко так, чтобы все услышали, а там за мной, у турникетов пара человек собралась уже. Пахнет, говорю, от вас чем-то, дядя. Вы что, горилкой похмелялись? Тот аж покраснел. А сзади меня дядька какой-то смеется. Говорит: пацан со мной... А у них так можно, если кто-то тебя проводит в свой офис как гостя, то без документов пускают... Я гляжу — охранник совсем озверел, того и гляди — пар из ушей повалит, как в мультике. Орет: да какое там с тобой, ты первый раз его увидел, сейчас начальника охраны позову! А дядька спокойно так говорит: зови, мол, я сегодня чуть пораньше приехал — время есть, могу и подождать.

— То есть выпустил все-таки пар, но только по-своему, — улыбнулся Дорин.

— Ага. Ну и не стал больше лезть — махнул рукой, валите, мол. Мы и пошли. Мужчина меня спрашивает: ты куда шел-то вообще? На собеседование? Я говорю, нет, рановато мне еще. Мама у меня здесь работает. Офис № 303. Дядька осмотрел меня и спрашивает: Ветрова, что ли? Да, говорю, Ветрова. Тот смеется: очень приятно, мол, познакомиться, я Вадим Олегович — ее начальник. А потом: ну расскажи мне тогда, почему мама на работу вчера не явилась? Позавчера с обеда ее не видел... Приболела?

Данила хмыкнул, а Дорин в недоумении посмотрел на него.

— Если я заболею, к врачам обращаться не стану... — пропел Данила, и сделал глоток чая из Митиной кружки.

Эта реплика вызвала у Дорина еще большее недоумение, но он не стал вмешиваться, желая выслушать Митю до конца. Тот продолжил:

— Мама вообще очень редко болеет. А если вдруг чего, сопли, например, — сама лечится. Я ему рассказал все как есть, и правильно сделал. Он сразу отвел меня в кабинет. Вот, говорит, тетя Марина, поговори с ней. А тетя Марина эта маму последняя видела. Она курила на улице в обед и заметила, что мама в магазин идет через дорогу. Потом, говорит, докурила и пошла в офис, а мама уже не вернулась.

— Так... — вытянул Дорин приятным баритоном. — Так... И?

— Что — и? В магазин пошел.

— Ну и меня, конечно, Зин, все время тянет в магазин... — буркнул Данила, и Дорин снова повернулся к нему в недоумении.

— А там, слава богу, одна продавщица. Позавчера она же была. Она маму, оказалось, хорошо знает, мама у нее уже год почти каждый день отоваривается. Говорит, как обычно, купила два сырка и пачку «Вог». А на улице прямо напротив входа стоял мерседес. И как только мама с покупками вышла, из мерса лысый дядька какой-то вылез. Поговорили минутку, затем он ее назад усадил. И все, уехали.

— Брыкалась? — спросил Дорин.

— Продавщица говорит, что нет. Сама села.

— Номер не спрашивал автомобиля, может, срисовала она?

— Спросил. Везуха — легкий! Говорит, и рисовать не надо, запомнила сразу...

— Какой?

— Два — двенадцать — восемьдесят пять — ноль шесть... — прошептал Данила, глядя в свою чашку.

— Что? — нервно переспросил Андрей.

— Два — двенадцать — восемьдесят пять — ноль шесть, — повторил тот и добавил, чуть помедлив: — Это твой номер-номер-номер-номер...

Дорин встал из-за стола и, выходя из кухни, бросил Мите:

— Зайди, пожалуйста, в мою комнату...

Андрей закрыл дверь в своей комнате и, посмотрев Мите в глаза, спросил, пытаясь сформулировать вопрос как можно мягче:

— Мить, а что с твоим братом? Он... — Дорин замешкался. — Малость того? — И покрутил пальцем у виска.

— Нет, что ты... — рассмеялся Митя. — Данила очень даже толковый... Учится на третьем курсе. Спортсмен. Чемпионом города по боевому самбо был среди семнадцатилетних два года назад. Потом смешанными единоборствами занялся. Дрался профессионально. А потом случилось чего-то... Мне не говорили, и он молчит. Но вроде его какой-то дагестанец поломал здорово в бою, а он рассчитывал через год за пояс уже драться...

— Это все очень интересно, — оборвал его Дорин, — но скажи мне, ради всего святого, что за чушь он несет?

— После того боя так стало. У него и переломы, и сотрясение сильное было, из больницы вышел — и стал вот так вот разговаривать... Он музыку очень любит разную. Вторая любовь после спорта. Говорит теперь строчками из песен.

— Всегда?

— Точно не знаю, наверное, в институте как-то переключается. А со мной и с мамой почти всегда так... Или «да», или «нет», или песня...

— Ну ладно, — засмеялся Дорин. — Рок больше любит, чем попсу, и на том спасибо.

— Да, — серьезно ответил Митя, — рок, бардов, шансон, попсу... Такая вроде последовательность. Меломан... Старье всякое в основном... А я такое как-то не очень!

— А ты слушаешь?

Митя произнес какое-то ничего не значащее для Дорина английское слово.

— Понятно. Пошли на кухню, а то брательник твой без нас что-нибудь учудит...