Совместно с издательством "Айсберг" начинаем публикацию новой книги Виктора Семенова. Роман "Банка" - новый для автора опыт в необычном для него жанре фантастики, или даже антиутопии. Каждые два-три дня Вас ждет продолжение романа на нашем сайте.

Оглавление

  1. Дебют
    1. Прибытие поезда
    2. Унесенные ветром
    3. За пригоршню долларов
    4. Титаник
    5. Гений
    6. Криминальное чтиво
    7. Детектив Нэш
      1. 1-7-1
      2. 1-7-2
      3. 1-7-3
  2. Миттельшпиль
  3. Эндшпиль

Банка

В воскресенье утром, часов в десять, открыв глаза, Дорин первым делом пошевелил ногами и руками. Получилось. Аккуратно сел на кровати и внимательно осмотрел себя. Поднял правую руку. Поднял левую. Покрутил ими. Затем встал и сделал несколько шагов по комнате. Все вроде нормально. Присел пару раз. Тело вновь слушалось. Он сунул ноги в тапки и пошел на кухню.

Мити в квартире не оказалось. Царила абсолютная тишина, и с вешалки в прихожей пропала Митина куртка. Дорин сварил себе кофе и, выпив его, тоже решил прогуляться. Выглянув в окно, он обнаружил лучики солнца, весело играющие на мокром от дождя и бензина асфальте. Судя по всему, не очень холодно. Поэтому Дорин не надел свой единственный свитер, а, натянув кожаную куртку прямо на футболку, слегка пригладил волосы и спустился вниз.

Выйдя из парадной на улицу, Дорин на секунду закрыл глаза и вдохнул немного осенней мороси, чуть-чуть подогретой утренними лучами солнца. Он стоял, не открывая глаз, наслаждаясь воздухом и тишиной, и очень быстро уходили куда-то воспоминания о вчерашнем дне и страх, что его тело уже никогда не будет прежним. Уходили куда-то в небытие воспоминания о прошлой жизни, о чемоданах денег, особняках и дорогих отелях. О машинах класса люкс. О поездках на Сейшелы. Он вдыхал запах мокрой листвы, асфальта, осенней уличной грязи, и эти запахи показались ему самыми чудесными из всего, что ему приходилось когда-нибудь нюхать.

Дорин открыл глаза и в ту же секунду встретился с глазами Весты. Она стояла в тридцати метрах от Андрея у такого же старого немецкого коттеджа на противоположной стороне двора. Рот Дорина вновь распахнулся сам собой, без участия хозяина, и Андрей двинулся было навстречу Климовой, но она остановила его, покачав головой и едва заметно подняв ладонь. Андрей встал как вкопанный, доверяя ей, и молча всматривался в нее. Что изменилось с тех пор, как их заставили расстаться?..

Они стояли минут пять, молча вглядываясь друг в друга через пустую детскую площадку. А затем Веста достала из сумочки листок бумаги и положила его на дорогу, придавив к земле лежащим рядышком камнем. Затем кивнула Дорину, развернулась и ушла куда-то к улице. Андрей на всякий случай выждал, когда ее удивительной красоты фигура исчезнет из поля его зрения, и побежал через двор к месту, где она только что стояла, оставив ему какой-то след. Схватил листок бумаги. Письмо, причем достаточно объемное.

Дорин не стал читать его сразу. Он поднялся в квартиру и, запершись в комнате, сел на кровать и развернул листок.

Здравствуй, Андрей Евгеньевич! Сначала — формальности, уж прости. Твои ребята дико отговаривали меня от этой авантюры. Они такие милашки... А я все никак не могла от них добиться ответа: почему? Я ведь сама изучила все эти правовые заморочки касательно территорий и предлагаю тебе твоим замечательным юридическим умом оценить эти нормы. Их всего две.

Первая касается меня и находится в Кодексе об административных правонарушениях. Звучит так: «Личный контакт с лицом, отбывающим наказание в территории временного пребывания индивидуума, в случае если этот контакт запрещен законами РФ или вступившим в силу приговором суда, наказывается штрафом в размере пяти МРОТ». ОК, идем дальше. Вторая норма. Особенная часть Уголовного кодекса, прямо запрещает контакты с лицами, имеющими конкретный статус для осужденного. Это жена, дети, родители, другие близкие родственники. Ко мне это не относится. Я читала твой приговор. Там написано вот еще что: запрещен контакт с лицами, находящимися в дружеских и иных близких отношениях с осужденным. Я полезла в практику. Твои ребята все бубнили: не лезь да не лезь... Короче, практика такая. Если ФСИН считает контакт незаконным, то возбуждается одновременно два производства: уголовное (для осужденного) и административное (для свободного человека). И если контакт произошел с лицом, на которое нет прямой ссылки в законе, то назначается экспертиза. Она и должна сделать вывод, насколько человек подпадает под параметры, указанные в приговоре. Для осужденного, если рассматривать вариант с печальным концом, санкция — перевод в другую банку. Либо, если суд считает это нарушение особо тяжким, могут заменить реальным лишением свободы. Но практики мало. Трудно найти. Вообще все, что касается дел, где фигурируют территории, как будто вырезают, прячут...

Но это ладно. Меня заинтересовало другое. В нормах формулировка всегда одна и та же: «личный контакт». А что это такое? Согласно большому энциклопедическому словарю, личный контакт — это общение, взаимодействие между двумя или несколькими индивидуумами. Общение и взаимодействие, при их внимательном изучении, конечно, включают в себя информационный обмен. Путем и непосредственного общения (например, разговора), и любого другого (например, с помощью письма). Так что сейчас, как ни крути, мы с тобой лично взаимодействуем.

Но вот вопрос: а считается ли личным контакт, при котором происходит только визуальное взаимодействие? Если один человек видит другого человека, издалека или поближе, но без информационного взаимодействия... Не то же ли это самое, что рассматривать фотографию, вспоминая все хорошее, что было когда-то? Но я не посчитала нужным ориентироваться только на собственные выводы и через частного детектива (который, к слову, с легкостью нашел твое местоположение, за умеренную, замечу, плату) достала копии инструкций ФСИН (их нет в свободном доступе). Там они доходчиво объясняют, что личный контакт — это взаимодействие с осужденным путем личных встреч, влекущих за собой информационный обмен в любой форме (беседы, прикосновения), вообще в любой из известных нам форм (с помощью письма, посредников, компьютерных технологий). Вот так. Так что мое письмо с точки зрения ФСИН будет считаться нарушением закона.

Но не пугайся. Есть одно но. Контакты запрещены только между людьми, состоящими в близких или иных дружеских отношениях. Можно ли назвать наши с тобой отношения близкими и дружескими? Ведь мы виделись-то всего лишь один раз...

На этом месте Дорин в недоумении прервался и перевернул бумагу. Хотя официальное обращение в начале смутило его, он думал, что письмо — от Весты. Нет? От кого же?